Как вопросы помогают отличить ложь
Приёмы, которые усложняют лгущему рассказ, дали наблюдателям меньше, чем обещали, а сверка рассказа с уликами и проверяемыми деталями выдержала повторения, пока только в лаборатории
Как определить ложь вопросами, проверяли в лабораторных опытах, и в сводке 2021 года люди-наблюдатели без подсказки дали 52,37 % верных ответов. Число 71 % из метаанализа 2017 года это среднее по 14 лабораторным исследованиям, где судили и люди, и правило подсчёта признаков. Выдержали сверка рассказа с уликами и проверяемые детали, которых в правдивом рассказе больше, но полевых проверок с известной истиной нет.
OpenLearn, Investigating a murder with forensic psychology: неделя 2 Police suspect interviews · неделя 4 Solving the case · 27 мин · обновлено 01.10.2026
После урока вы сможете
- Объяснять на опыте с рассказом в обратном порядке, что такое когнитивный подход к распознаванию лжи и что стало с ним после предрегистрированного повторения
- Разбирать, откуда в метаанализе 2017 года 56 и 71 % и почему у людей-наблюдателей без подсказки выходит около 52 %
- Пересказывать опыты со стратегическим использованием доказательств и называть, что показали метаанализы о поздней подаче улик у виновных и невиновных
- Описывать подход проверяемых деталей и объяснять, что подтвердилось в повторении, а что нет
- Называть результат и пределы полевого опыта в аэропортах и объяснять, чего лабораторные опыты урока не говорят о конкретном человеке
В 2008 году Альдерт Врей и соавторы проверили простую просьбу: рассказать о событии с конца. Восемьдесят участников играли «подозреваемых» и правдиво или ложно рассказывали об инсценированном событии. Половину из них просили вести рассказ от последнего события к первому. Замысел был такой. Правдивому это трудно, но у него есть память о случившемся. Лгущему приходится одновременно держать выдумку в голове и переворачивать её.
Потом 55 британских полицейских смотрели отобранные записи, 12 роликов, из них 6 с ложью и 6 с правдой. Обычные рассказы оценивали 24 полицейских. Они распознали правду в 50 % случаев, ложь в 42 %, в целом 46 %. Рассказы в обратном порядке оценил 31 полицейский: правду в 56 %, ложь в 60 %, в целом 58 %. Полный текст статьи курс не открывал, числа взяты из таблицы-приложения к сводке опытов 2017 года.
Прямых повторений именно этого опыта курс не нашёл. Близкий опыт Врея и коллег 2012 года повторили Бримбал и соавторы, заранее опубликовав план анализа. Такое повторение называют предрегистрированным: исследователи не могут подогнать проверку под полученные данные. Правдивые у них рассказывали подробнее лгущих, но обратный порядок эту разницу не усилил, и точность наблюдателей от него не выросла. Работа вышла в журнале в 2025 году, курс знает её по аннотации.
Просьба рассказать с конца входит в целый набор приёмов опроса. Их общий замысел в том, чтобы сделать задачу лгущего труднее задачи правдивого, и тогда различия в рассказах станут заметнее. Такой набор называют когнитивным подходом к распознаванию лжи. Умственное усилие, которого требует задача, называют когнитивной нагрузкой, и гипотеза подхода в том, что ложь требует его больше. Урок разбирает, что осталось от этой идеи после проверок и какие вопросы помогают отличить ложь надёжнее.
Как определить ложь вопросами: откуда 71 %
Сводку опытов с когнитивным подходом в 2017 году опубликовали Врей, Фишер и Бланк. Приёмы они разделили на три группы. Первая добавляет нагрузку: рассказ в обратном порядке, вторая задача во время рассказа, просьба держать зрительный контакт. Вторая побуждает сказать больше: поддерживающий интервьюер, образец подробного ответа, рисунок, когнитивное интервью. Третья задаёт неожиданные вопросы, к которым нельзя подготовиться заранее, например о расположении предметов, о времени или о планировании.
Авторы нашли 26 опытов в 24 статьях. В метаанализ, то есть статистическое объединение результатов, вошли 14 из них, где когнитивный подход прямо сравнивали со стандартным опросом. Почти все опыты лабораторные: участники лгали по заданию об инсценированном событии. При раздельной оценке правды и лжи судили в шести исследованиях люди-наблюдатели, а в пяти подсчёт признаков по заданному правилу.
Общая точность вышла 56 % при стандартном опросе и 71 % при когнитивном подходе. Размер эффекта d = 0,42, то есть между малым и средним. Ложь распознавали в 47 % случаев против 67 %, правду в 57 % против 67 %. Сами авторы оговорили, что 71 % это доля верно классифицированных в группе, а не надёжность суждения о каждом отдельном человеке. Точность около 70 % они назвали скромной для массовых проверок, например на границе.
Именно эти 71 % попадают в статьи о том, как определить ложь «правильными вопросами». Но за средним стоят два разных судьи: человек, который смотрит запись, и правило подсчёта признаков. Дальше видно, что от того, кто судил, ответ зависит сильнее, чем от приёма.
Кто судил: человек или правило подсчёта
Врей и соавторы сами разбили итог по типу судьи. У людей-наблюдателей распознавание правды почти не изменилось: 57 % при стандартном опросе и 60 % при когнитивном подходе. Распознавание лжи выросло с 37 до 64 %. Но 37 % в контрольных условиях ниже случайных 50 %, то есть без приёмов наблюдатели ошибались чаще, чем при угадывании. При подсчёте по правилу правда выросла с 58 до 80 %, ложь с 66 до 73 %.
Авторы оговорили и другую трудность. Все исследования с добавленной нагрузкой оценивали люди, а все исследования с просьбой сказать больше оценивало правило. Поэтому вклад приёма и вклад судьи в этих данных не разделить.
В 2018 году Левайн, Блэр и Карпентер переанализировали те же данные, разделив суждения людей и статистическую классификацию. По их выводу, преимущество подхода «гораздо меньше, чем заявлялось», контрольная точность необычно низкая, а лучшие результаты дают наименее надёжные данные. Врей, Бланк и Фишер ответили в том же номере журнала. Они согласились, что подход даёт «скромное улучшение», но оспорили упрёк в смешении переменных и в аномальных контролях. Обе статьи курс знает по аннотации.
Отдельно точность людей свели Мак Джолла и Люк в 2021 году, их работа тоже известна курсу по аннотации. При когнитивном подходе люди-наблюдатели в среднем дали 60,00 % верных ответов. Журналы охотнее печатают удачные результаты, поэтому среднее по опубликованным опытам бывает завышено. Этот перекос называют публикационным смещением, и с поправкой на него вышло 55,03 %. Наблюдатели, которым не сказали, на что смотреть, дали 52,37 %, почти угадывание. Те, кому назвали признаки для подсчёта, дали 75,81 %.
Отсюда статус утверждения, что когнитивный подход поднимает точность с 56 до 71 %: сильно ослаблено. Выигрыш есть там, где признаки считают по правилу или наблюдателю говорят, что учитывать. Обычному наблюдателю без подсказки приёмы дают немного, и обе стороны спора сходятся на «скромном улучшении».
Число 71 % из метаанализа 2017 года это среднее по 14 лабораторным исследованиям, где судили и люди, и правило подсчёта признаков. У людей без подсказки в сводке 2021 года вышло 52,37 %, у людей с подсказкой 75,81 %. Прежде чем сравнивать проценты, нужно знать, кто судил и знал ли он, какие признаки считать. Числа «до 90 %» в сверенных работах нет.
Рассказ с конца и нагрузка под проверкой
Обратный порядок проверяли и другие группы. Фенн и соавторы в 2015 году опрашивали 19 студентов об их намерениях: 10 лгали, 9 говорили правду. Каждого опрашивали один раз, одних в обычном порядке, других в обратном. Записи оценили 157 наблюдателей, набранных через интернет-платформу Amazon Mechanical Turk.
При обычном порядке наблюдатели распознали правду в среднем в 47 случаях из 100, ложь в 36. При обратном порядке ложь в 40, правду в 37, и все средние ниже случайных 50. Обратный порядок делал правдивых похожими на «нагруженных» и сдвигал наблюдателей к ответу «лжёт». Рассказчиков было очень мало, и авторы это оговаривают.
Ту же исходную идею проверили и в другом жанре опыта. Версхюре и соавторы в 2018 году свели 21 исследование, где участники коротко отвечали правду или ложь на экране и измерялось время реакции. Из них 11 не были опубликованы, всего участников 792. Ложь была медленнее правды и без нагрузки (d = 1,45), и с нагрузкой (d = 1,28). Нагрузка не увеличила разницу, а немного уменьшила её, потому что замедляла и правдивые ответы.
Поэтому утверждение, что рассказ с конца выдаёт лгущего, сильно ослаблено. Исходный эффект был умеренным, в предрегистрированном повторении он не нашёлся, а в опыте о намерениях приём мешал правдивым. Под сомнение попала и сама теория. Нееквайе в работах 2022 и 2023 годов, известных курсу по препринтам, пишет, что обоснования гипотезы «ложь труднее правды» сформулированы так, что их трудно опровергнуть. Приём остаётся в учебниках и тренингах, но устойчивого эффекта за ним нет.
Этот совет кочует по статьям о том, как «вычислить лжеца». Искажение здесь двойное. Эффект в исходном опыте был умеренным, 58 % против 46 %, в повторении он не нашёлся, а в опыте о намерениях приём мешал правдивым. Кроме того, опыт мерил среднюю точность группы наблюдателей, а не сбивчивость конкретного человека.
Сверка рассказа с уликами
Другой способ опирается не на трудность рассказа, а на сверку с тем, что уже известно. Хартвиг и соавторы в 2006 году обучили половину из 82 полицейских курсантов стратегическому использованию доказательств, по-английски Strategic Use of Evidence, SUE. Каждый курсант опрашивал одного «подозреваемого», который лгал или говорил правду об инсценированном событии. Обученные в опыте сначала выясняли рассказ, не раскрывая улик, а потом смотрели, противоречит ли он уликам.
Лгущие, которых опрашивали обученные, чаще противоречили уликам. Точность обученных курсантов вышла 85,4 %, необученных 56,1 %, работа известна курсу по аннотации. В 2016 году Люк и соавторы повторили обучение на 59 сотрудниках правоохранительных органов США, и каждый опросил одного «подозреваемого». Обученные дали 65 % верных решений, необученные 43 %.
Опыты сводили дважды. Глава Хартвиг, Гранхага и Люка 2014 года, известная курсу по пересказу, объединила 599 участников опытов одной схемы: простая кража, например книги из магазина. Метаанализ Олешкевича и Уотсона 2021 года охватил 16 исследований. При поздней подаче улик виновные противоречили им заметно чаще, чем при ранней, g = 0,70, а g близок по смыслу к d. На невиновных время подачи почти не влияло, g = −0,03.
Разница между виновными и невиновными при поздней подаче вышла ещё крупнее, g = 1,72. Сами авторы считают эту оценку, вероятно, завышенной: в сводке есть признаки эффекта малых исследований, когда небольшие опыты дают преувеличенные оценки. Утверждение о поздней подаче улик выдержало проверку, но только в лаборатории. Все опыты шли на инсценированных «преступлениях» с добровольцами, полевых проверок с известной истиной нет. SUE изучали как способ отличить рассказ виновного от рассказа невиновного, а не как способ добиться признания.
Проверяемые детали
Третья линия считает в рассказе не признаки напряжения, а детали особого рода. В 2014 году Нахари, Врей и Фишер попросили 38 участников письменно описать, чем они занимались последние 30 минут. Одни писали правду, другие лгали. Два кодировщика отдельно считали детали, которые следователь может проверить, например свидетелей, записи и чеки, и детали, которые проверить нельзя.
Лгущие называли меньше проверяемых деталей и столько же непроверяемых. По числу проверяемых деталей верно классифицировали 79 % рассказов. Этот способ называют подходом проверяемых деталей. В другом опыте тех же авторов, на 87 участниках, половину заранее предупредили, что проверяемые детали будут проверять. Такое предупреждение называют информационным протоколом, и оно добавило проверяемых деталей правдивым, но не лгущим. Обе работы курс знает по аннотации.
В 2021 году Версхюре и соавторы повторили условие с информационным протоколом, заранее опубликовав план. В опыте участвовали 72 человека, лгущие перед рассказом «украли» экзамен. Правдивые снова назвали больше проверяемых деталей, но размер эффекта вышел d = 0,49 против 1,14 в оригинале, то есть меньше половины. Второстепенные прогнозы, например что лгущие добавляют непроверяемые детали, не подтвердились.
Два независимых метаанализа 2021 года дали близкие числа. У Палены и соавторов g = 0,42 по 20 исследованиям и 1 532 участникам, у Версхюре, Богарда и Мейера d = 0,49 по 28 исследованиям. Доказательств, что лгущие заменяют проверяемые детали непроверяемыми, нет ни в одном из них. Эффект сильнее, когда рассказ служит алиби, и слабее, когда участникам платили за то, чтобы им поверили. Утверждение о проверяемых деталях выдержало проверку, но эффект средний, а полевых данных нет.
Опыт в аэропортах
Почти все опыты урока лабораторные. Исключение поставили Ормерод и Дандо, результаты вышли в 2015 году. Восемь месяцев в пяти международных аэропортах сотрудники безопасности коротко опрашивали пассажиров 88 дальних рейсов. Среди настоящих пассажиров шли 204 подставных с выдуманной легендой, которую они неделю готовили. Подставным платили 60 фунтов и ещё 60, если их не задержат. На тысячу настоящих пассажиров приходилось меньше одного подставного.
В опыте участвовали 160 сотрудников со средним стажем 4,9 года работы по «подозрительным признакам». Их случайно разделили на две группы. Одни, 83 человека, продолжали искать подозрительные признаки в поведении. Другие, 77 человек, две недели учились методу контролируемого когнитивного вовлечения: открытые вопросы на разные темы, затем вопросы о том, что должен знать человек с таким рассказом. О подставных пассажирах сотрудники не знали.
Сотрудники нового метода отправили на дополнительную проверку 66 % подставных, сотрудники «подозрительных признаков» 3 %. При этом доля пассажиров, признанных подозрительными, почти не изменилась. До опыта это был 1 на 1247 пассажиров, во время опыта 1 на 1219 у группы признаков и 1 на 1295 у нового метода. В новых опросах пассажиры сообщали в среднем 11,64 единицы сведений, которых нет в документах, против 0,76. У подставных ответы к концу опроса становились короче и беднее, у настоящих нет.
У опыта серьёзные пределы. Он единственный такого рода, его провели авторы метода, алгоритм вопросов не опубликован, независимых повторений нет. Сколько подставных прошло через каждый метод, в статье не сказано, поэтому 66 % и 3 % нельзя перевести в людей. И всё же это редкий полевой опыт, где прямо сравнили проверку рассказа и наблюдение за поведением.
Измерено, как группы наблюдателей или правила подсчёта различают рассказы добровольцев, которые лгали по заданию об инсценированных событиях, а в одном полевом опыте подставных пассажиров. Отсюда не следует, что тот или иной приём опроса раскроет ложь конкретного человека: все проценты описывают группы рассказов. Не следует и вывод о настоящих допросах: полевых проверок с известной истиной нет ни для одного метода урока. В аэропорту истина известна только для подставных, а часть «ложных тревог» могла оказаться и настоящей ложью.
Что выдержало
Урок не заканчивается выводом «ничего не работает». Выдержали два утверждения, и оба о содержании рассказа, а не о поведении. Виновный чаще противоречит уликам, если их не раскрывают до рассказа, а на невиновного время подачи улик почти не влияет. В правдивом рассказе больше проверяемых деталей, хотя эффект вдвое меньше первоначального.
Громкие обещания пересмотрены. Когнитивный подход в среднем даёт людям-наблюдателям около 60 %, а с поправкой на публикационное смещение 55 %. Рассказ с конца в предрегистрированном повторении пользы не дал. Эти поправки внесли сами исследователи лжи переанализами, повторениями и метаанализами, и среди их авторов есть создатели методов.
Та же линия видна в уроке 1, где разобраны работы о знании ситуации и содержании сказанного. У Блэра, Левайна и Шоу 2010 года средняя точность вышла 75 % против 57 % в контрольных группах. У Левайна и соавторов 2014 года эксперт сам проводил допросы о списывании и был точен во всех 33 интервью. Высокие числа получены в одной лаборатории на одном сценарии, поэтому у утверждения о расспросе с проверкой фактов статус «спор открыт». Сам Левайн в статье-мнении 2022 года предлагает опираться на содержание рассказа в контексте известных фактов, а не на манеру держаться.
Ключевые исследования
| Врей и соавторы | 2008 | Эксперимент: 80 «подозреваемых» правдиво или ложно рассказывали об инсценированном событии, половина в обратном порядке. 55 британских полицейских судили 12 роликов: обычные рассказы 46 % верных ответов, рассказы с конца 58 %. Числа по приложению к метаанализу 2017 года. |
| Врей, Фишер и Бланк | 2017 | Метаанализ 14 лабораторных исследований, где когнитивный подход сравнивали со стандартным опросом. Общая точность 56 % против 71 %, d = 0,42. У людей-наблюдателей правда 57 % против 60 %, ложь 37 % против 64 %. |
| Мак Джолла и Люк | 2021 | Метаанализ исследований, где при когнитивном подходе решение «правда или ложь» выносили люди. Средняя точность 60,00 %, с поправкой на публикационное смещение 55,03 %, наблюдатели без подсказки 52,37 %, с подсказкой 75,81 %. Сверено по аннотации. |
| Хартвиг и соавторы | 2006 | Эксперимент: 82 полицейских курсанта опрашивали 82 «подозреваемых» об инсценированном событии, половина курсантов обучена стратегическому использованию доказательств. Точность обученных 85,4 %, необученных 56,1 %. Сверено по аннотации. |
| Олешкевич и Уотсон | 2021 | Метаанализ 16 исследований о времени подачи улик. Поздняя подача против ранней у виновных g = 0,70, у невиновных g = −0,03. Разница виновных и невиновных при поздней подаче 1,72, по оговорке авторов, вероятно, завышена. |
| Нахари, Врей и Фишер | 2014 | Эксперименты: 38 участников письменно описывали последние 30 минут, лгущие назвали меньше проверяемых деталей, по их числу верно классифицировано 79 %. Во втором опыте на 87 участниках предупреждение о проверке добавило проверяемых деталей правдивым, d = 1,14. |
| Версхюре и соавторы | 2021 | Предрегистрированное прямое повторение опыта с информационным протоколом, 72 участника. Правдивые назвали больше проверяемых деталей, d = 0,49 против 1,14 в оригинале. Второстепенные прогнозы не подтвердились. |
| Ормерод и Дандо | 2015 | Полевой эксперимент: 160 сотрудников безопасности пяти аэропортов, 204 подставных пассажира, восемь месяцев. Обученные новому методу вопросов отправили на проверку 66 % подставных, искавшие подозрительные признаки 3 %. Единственное испытание, проведено авторами метода. |
Что подтвердилось, а что нет
Числа 56 и 71 % получены в метаанализе Врея, Фишера и Бланка 2017 года по 14 лабораторным исследованиям, где судили и люди, и правило подсчёта. У людей-наблюдателей правда выросла только с 57 до 60 %, а ложь от необычно низкой контрольной точки 37 %. Мак Джолла и Люк 2021 года по одним людям получили 60 %, с поправкой на публикационное смещение 55 %, без подсказки 52 %. Левайн, Блэр и Карпентер 2018 года при переанализе нашли преимущество «гораздо меньше», а обе стороны спора сходятся на «скромном улучшении».
Исходный опыт Врея и соавторов 2008 года: 55 британских полицейских, 12 роликов, 58 % против 46 %. Предрегистрированное повторение опыта 2012 года с обратным порядком пользы не нашло (Бримбал и соавторы 2025, по аннотации). В опыте о намерениях обратный порядок делал правдивых похожими на лгущих, а все средние были ниже случайных (Фенн и соавторы 2015). В задачах на время реакции нагрузка разницу между ложью и правдой уменьшала (Версхюре и соавторы 2018).
Опыт на 82 курсантах: 85,4 % против 56,1 % (Хартвиг и соавторы 2006). Повторение на 59 полицейских США: 65 % против 43 % (Люк и соавторы 2016). Глава 2014 года по 599 участникам и метаанализ Олешкевича и Уотсона 2021 года: поздняя подача улик у виновных g = 0,70, у невиновных −0,03. Границы: только лаборатория и инсценированные «преступления», крупные оценки завышены эффектом малых исследований, полевых проверок с известной истиной нет.
Два независимых метаанализа 2021 года: g = 0,42 по 20 исследованиям (Палена и соавторы) и d = 0,49 по 28 исследованиям (Версхюре, Богард и Мейер). Прямое предрегистрированное повторение подтвердило направление, но эффект вдвое меньше оригинального: 0,49 против 1,14. Вторая половина исходной идеи, что лгущие заменяют проверяемые детали непроверяемыми, не подтвердилась. Полевых данных нет.
Термины
- когнитивный подход к распознаванию лжиcognitive approach to lie detection
- Набор приёмов опроса, которые делают задачу лгущего труднее задачи правдивого, чтобы различия в рассказах стали заметнее: добавить нагрузку, побудить сказать больше, задать неожиданные вопросы.
- когнитивная нагрузкаcognitive load
- Сколько умственных усилий требует задача. Гипотеза когнитивного подхода: ложь требует их больше, и добавленная нагрузка сильнее мешает лгущему.
- рассказ в обратном порядкеreverse order recall
- Просьба пересказать события от последнего к первому.
- неожиданные вопросыunanticipated questions
- Вопросы, к которым человек не мог заранее подготовить ответ, например о расположении предметов или о планировании.
- стратегическое использование доказательствStrategic Use of Evidence, SUE
- Способ опроса, при котором собранные улики не раскрывают сразу, а сначала выслушивают рассказ и затем сверяют его с уликами.
- противоречие рассказа и уликstatement-evidence inconsistency
- Расхождение между тем, что говорит человек, и тем, что уже известно из улик.
- ранняя, поздняя и постепенная подача уликearly, late, gradual disclosure
- Предъявить улики до рассказа, после него или по частям.
- подход проверяемых деталейVerifiability Approach
- Подсчёт в рассказе деталей, которые следователь в принципе может проверить: свидетелей, записей, документов.
- информационный протоколinformation protocol
- Предупреждение опрашиваемому, что проверяемые детали будут проверены.
Практикум · Разбор текста о вопросах, которые «выдают лжеца»
Статьи и тренинги часто обещают, что правильные вопросы помогут определить ложь, и называют проценты точности. Задание в том, чтобы разобрать один такой текст по вопросам урока. Понадобится только сам текст.
- Найдите статью, пост или рекламу тренинга о том, как определить ложь с помощью вопросов. Сохраните текст и выпишите все приёмы и числа точности вместе с фразами, в которых они стоят.
- Для каждого числа восстановите паспорт: кто судил (человек без подсказки, человек с подсказкой или правило подсчёта), на ком проверяли и была ли ложь по заданию об инсценированном событии.
- Сравните числа текста с числами урока: 56 и 71 % в метаанализе 2017 года, 60 и 55 % у людей-наблюдателей, 52 % без подсказки. Отметьте, если текст переносит лабораторное среднее на суждение о конкретном человеке.
- Если текст опирается на рассказ с конца или другие приёмы нагрузки, проверьте, упомянуты ли повторения и опыт, где приём мешал правдивым. Если он опирается на улики или проверяемые детали, отметьте, сказано ли, что данные лабораторные.
- Поставьте каждому утверждению статус из реестра урока. Отдельно отметьте, не выводит ли текст из скромных чисел, что вопросы и сверка с фактами бесполезны вовсе.
Вопросы для самопроверки
Метаанализ 2017 года дал 71 % точности при когнитивном подходе. Что показала сводка 2021 года по одним людям-наблюдателям?
- Те же 71 %, потому что приём действует одинаково на любого судью
- Около 90 %, если наблюдатель опытный следователь с подготовкой
- Около 60 %, а с поправкой на публикационное смещение около 55 %
- Ниже 50 %, так что приёмы только вредят наблюдателям при любых условиях
Что стало с приёмом «рассказ с конца» после проверок?
- Повторения подтвердили его, и точность наблюдателей выросла до 80 %
- В повторении пользы не нашли, а в опыте о намерениях он мешал правдивым
- Он работает, но только когда лгущий сильно волнуется и спешит с ответом
- Он надёжен, потому что лгущий в среднем сбивается уже на третьем событии
Что показали метаанализы о поздней подаче улик?
- Поздняя подача заставляет виновного признаться в большинстве опытов
- Поздняя подача одинаково сбивает виновных и невиновных, пользы в ней нет
- Эффект найден в полевых делах с известной истиной, а в лаборатории его нет
- Виновные чаще противоречат уликам, а на невиновных время подачи почти не влияет
Что устояло в подходе проверяемых деталей после повторения и двух метаанализов?
- Правдивые называют больше проверяемых деталей, эффект средний
- Лгущие заменяют проверяемые детали непроверяемыми, это главный признак
- Подробный рассказ правдив, а скупой ложен, если рассказчик не готовился
- Подход подтверждён полевыми данными, где истина была известна заранее
В опыте в аэропортах новый метод вопросов выявил 66 % подставных пассажиров против 3 %. Чем ограничен этот вывод?
- Подставных было так много, что их было легко заметить в общей очереди
- Сотрудники знали о подставных, и это завысило результат нового метода
- Испытание единственное, его провели авторы метода, алгоритм закрыт
- Поиск признаков в поведении дал там почти те же 66 %
Ответы и разбор открываются в самопроверке урока: она считает результат и отмечает урок пройденным. Пройти самопроверку.
Что читать
- Vrij, Fisher, Blank, 2017. A cognitive approach to lie detection: A meta-analysis. Legal and Criminological Psychology, 22(1), 1-21. Авторская рукопись: https://pure.port.ac.uk/ws/portalfiles/portal/3048620/A_cognitive_approach_to_lie_detection.pdf: Таблицы 1-3 и приложение с точностью каждого исследования, в том числе опыта 2008 года с рассказом в обратном порядке.
- Mac Giolla, Luke, 2021. Does the cognitive approach to lie detection improve the accuracy of human observers? Applied Cognitive Psychology, 35(2), 385-392. Открытый доступ: https://doi.org/10.1002/acp.3777: Точность людей-наблюдателей при когнитивном подходе и поправка на публикационное смещение. Сайт журнала может потребовать проверку на робота.
- Ormerod, Dando, 2015. Finding a needle in a haystack: Toward a psychologically informed method for aviation security screening. Journal of Experimental Psychology: General, 144(1), 76-84. Рукопись: https://figshare.com/articles/journal_contribution/Finding_a_needle_in_a_haystack_toward_a_psychologically_informed_method_for_aviation_security_screening/23409815: Раздел Results с долями выявленных подставных пассажиров и оговорка авторов о ложных тревогах.
- Oleszkiewicz, Watson, 2021. A meta-analytic review of the timing for disclosing evidence when interviewing suspects. Applied Cognitive Psychology, 35(2), 342-359. Препринт: https://doi.org/10.31234/osf.io/q84ej: Раздел Discussion о том, почему крупные оценки эффекта поздней подачи улик, вероятно, завышены.
- Verschuere, Bogaard, Meijer, 2021. Discriminating deceptive from truthful statements using the verifiability approach: A meta-analysis. Applied Cognitive Psychology, 35(2), 374-384. Открытый доступ: https://doi.org/10.1002/acp.3775: Модераторы эффекта проверяемых деталей и призыв авторов к независимым повторениям.