Позитивная и нормативная экономика
Позитивное и нормативное, эффективность и справедливость, и как определить, чем на самом деле идёт спор
Позитивная и нормативная экономика различаются тем, что первая говорит о том, что есть, а вторая о том, что должно быть, и данными проверяется только первая. Деление ввёл Джон Невилл Кейнс в 1891 году. Контроль арендной платы в Сан-Франциско снизил мобильность арендаторов примерно на 20 % и сократил предложение жилья примерно на 15 %: обе величины измерены, а чей интерес важнее, нынешних жильцов или будущих, данными не решается.
MIT 14.01, лекция 22 «Efficiency and Equity» · Дж. Н. Кейнс, 1891 · Эрроу, 1951 · 45 мин · обновлено 01.10.2026
После урока вы сможете
- Проводить границу между позитивной и нормативной частью спора и применять проверку, которая их различает
- Показывать на числах, почему из эффективности не следует справедливость
- Разбирать спор о минимальной зарплате и о контроле арендной платы, отделяя измеренное от ценностного
- Находить случаи, где спор выглядит ценностным, а решается данными
- Излагать обе стороны ценностного спора так, чтобы их сторонники согласились с изложением
Это самый важный урок модуля. Всё остальное относится к технике, а здесь речь о том, где эта техника вообще применима.
Первый урок ввёл различение позитивного и нормативного одним абзацем и пообещал вернуться. Возвращаемся. Утверждение о том, что есть, и утверждение о том, что должно быть, устроены по-разному, проверяются по-разному и в публичном споре почти всегда перемешаны, причём так, что обе стороны обвиняют друг друга в подмене и обе бывают правы.
Задача урока не в том, чтобы выбрать сторону: курс её не выбирает и выбирать не будет. Урок учит показывать, где в споре проходит граница: до неё вопрос решается измерением, после неё измерение молчит, и это не недоработка экономики, а свойство самого вопроса.
Проверка, которая различает два вопроса
Различение старше большинства современной экономики. Джон Невилл Кейнс в 1891 году разделил область на три части. Позитивная наука даёт знание о том, что есть. Нормативная наука содержит знание о критериях того, что должно быть. Искусство собирает правила достижения заданной цели. В практику деление вошло через работу Милтона Фридмана 1953 года, где Кейнс-старший назван источником.
Пользоваться делением проще, чем его определять. Проверка умещается в одну фразу: назовите наблюдение, которое заставило бы вас изменить мнение. Если оно существует и его в принципе можно получить, вопрос позитивный и решается данными. Если назвать его невозможно, потому что вы возражаете не против фактов, а против того, как их взвесили, вопрос нормативный.
Проверка ставит обе стороны в одинаковое положение. Кто говорит «повышение минимальной зарплаты сократит занятость», обязан назвать, какое измерение его переубедило бы. Кто говорит «повышение справедливо», не обязан: эмпирической заявки он не делает. Ошибка начинается тогда, когда первый выдаёт мнение за измерение, а второй принимает измерение за ценность.
И сразу оговорка, без которой проверка превращается в дубину. Нормативное утверждение не значит «произвольное» и не значит «хуже». Ценностные посылки бывают продуманными и небрежными, последовательными и противоречивыми, и разбирать их можно. Этим занимается философия, и в этой школе есть отдельный курс. Не выйдет одного: вывести ценностную посылку из данных.
Эффективность: сильный критерий, который почти ничего не выбирает
Один критерий экономика применяет постоянно и считает своим собственным вкладом в оценку решений. Распределение эффективно, если нельзя улучшить положение одного, не ухудшив положение другого. Переход, при котором кому-то стало лучше и никому не стало хуже, называют улучшением по Парето.
Теперь числа, на которых видно устройство критерия. Пусть между двумя людьми делится ровно сто единиц блага. Три распределения. Первое: по пятьдесят каждому. Второе: девяносто девять первому, одна второму. Третье: по сорок каждому, двадцать единиц пропало.
Третье критерий отбраковывает сразу: из него есть переход к «пятьдесят на пятьдесят», при котором первому плюс десять, второму плюс десять и никому не хуже. Это улучшение по Парето, и оно бесспорно. А между первым и вторым распределением критерий не выбирает ничего: оба эффективны по одному признаку. Чтобы дать первому пятьдесят первую единицу, надо отобрать её у второго. Отбросив явно расточительный вариант, критерий умолкает ровно там, где начинается вопрос «кому сколько».
Отсюда точная формулировка. Экономика умеет находить и мерить потери, то есть случаи, когда что-то пропадает без пользы для кого бы то ни было. Ранжировать распределения между собой она не умеет: для этого нужен внешний критерий, а внешний критерий и есть ценностная посылка. Распределение «девяносто девять и один» эффективно ровно в том же смысле, что и «пятьдесят на пятьдесят».
Прибор для сравнения распределений всё же есть: функция общественного благосостояния приписывает каждому распределению число. Но выбор самой функции оказывается ценностным решением, вынесенным на шаг раньше: прибор посылку не устраняет, а делает явной, и в этом вся его польза.
Компенсация, которую не платят
Улучшений по Парето в политике почти не бывает: у любого заметного решения есть проигравшие. Экономисты давно предложили обходной приём, критерий Калдора и Хикса: изменение считается улучшением, если выигравшие в принципе могли бы компенсировать проигравших и всё равно остаться в плюсе. Приём удобный, и в нём спрятана ровно одна проблема: «могли бы» не значит «компенсировали».
Отчётливее всего это видно на торговле. Отор, Дорн и Хансон в 2013 году измерили, что делал с американскими местными рынками труда рост китайского импорта с 1990 по 2007 год: где были сосредоточены конкурирующие с импортом отрасли, росла безработица и снижались заработки, а импортная конкуренция объясняет около четверти одновременного сокращения занятости в обрабатывающей промышленности. Работа отвечает не на вопрос, желательна ли торговля, а на вопрос, как распределены её издержки: выигрыш рассредоточен по всем покупателям, потери сосредоточены в конкретных городах и биографиях. Компенсация у Калдора и Хикса предполагается, а в жизни выплачивается или нет, и это решение уже нормативное.
У того же вопроса есть чисто эмпирическая половина, и её сформулировал Артур Оукен в 1975 году. Переносить деньги от одних к другим приходится в дырявом ведре: часть теряется по дороге, уходит на администрирование и на изменение стимулов у обеих сторон. Величина утечки относится к позитивным вопросам, а готовность её оплатить к нормативным. И заметьте симметрию: и ответ «ни при какой утечке», и ответ «при любой» остаются ценностными позициями, и ни одна из данных не следует.
Здесь курс обязан сказать о себе неприятное. Величину утечки он дважды называет измеримой, в седьмом уроке и тут, и ни разу не измеряет. Числа у него нет: ни для одной программы перераспределения не приведено оценки того, какая доля переносимой суммы доходит до получателя. Придумать её нельзя: выдуманная доля работает в споре точно так же, как настоящая. Помнить поэтому надо не долю, а вопрос о том, из какой работы величина взята и что в неё включено. Отсутствие ответа встречается чаще ответа, и это тоже результат.
Есть красивый результат: при достаточно сильных допущениях любое эффективное распределение достижимо через рынок, если сначала правильно перераспределить исходные ресурсы. Из него иногда выводят, что эффективность и справедливость разделимы и заниматься ими можно порознь. Не выводят: результат требует перераспределения, не влияющего на поведение, а такого инструмента в природе не наблюдается. Теорема остаётся утверждением о моделях вида «если допущения выполняются, то следует», и в этом качестве полезна, а как рецепт не работает.
Теорема Эрроу: почему нет процедуры
Здесь напрашивается возражение: пусть экономика не решает ценностный вопрос сама, но можно спросить всех и сложить ответы. Кеннет Эрроу в 1951 году показал, что механической процедуры для этого нет.
Условия, которые он потребовал от правила, превращающего индивидуальные упорядочения в общественное, выглядят почти безобидно. Правило работает при любых индивидуальных предпочтениях. Если все предпочитают один вариант другому, общественный порядок ставит его выше. Выбор между двумя вариантами зависит только от них, а не от посторонних. И нет человека, чьё мнение всегда решает исход.
Вывод: при трёх и более вариантах правила, удовлетворяющего всем четырём условиям сразу, не существует. Это математический результат, а не наблюдение о людях, и он не говорит, что голосовать бессмысленно. Он говорит другое: «воля общества» не вычисляется из индивидуальных предпочтений так, чтобы процедура не влияла на результат. Всякая процедура вносит собственные свойства, будь то большинство, ранжирование или порог, и её выбор сам оказывается ценностным решением. Тем, кто ждёт от экономики окончательного ответа на вопрос «что справедливо», это доказано изнутри экономики.
Спор, который выглядит экономическим
Возьмём два случая, где спор ведётся как эмпирический, а разделяет спорящих не только эмпирика.
Минимальная зарплата. Шестнадцатый урок разобрал, как две команды на близких данных получили противоположные знаки и почему: телефонный опрос против административных записей, число работников против оплаченных часов. Спор о величине и знаке эффекта на занятость открыт до сих пор. Но вот наблюдение, которое стоит держать рядом. В феврале 2013 года экспертной панели Чикагского университета в один день задали два утверждения. Первое: повышение федеральной минимальной зарплаты до девяти долларов заметно затруднит низкоквалифицированным работникам поиск работы. Согласились 34 %, не согласились 32 %, затруднились 24 %. Панель раскололась почти пополам. Второе: искажающие издержки такого повышения достаточно малы по сравнению с выигрышем тех, кто работу найдёт, чтобы политика была желательной. Здесь согласившихся оказалось около половины, а несогласных заметно меньше.
Одни и те же люди, один день, две разные картины: вопросы разные, и это измерено. Даже если эмпирический спор закроется, второй останется, и он о том, как соотнести выигрыш сохранивших работу с потерей тех, кто её не нашёл. Обе позиции формулируются без передёргивания. Сторонник повышения: выигрыш достаётся людям с низким доходом, он крупный и надёжный, а потеря занятости, если и есть, невелика. Противник: цена платится теми, кого не наняли, то есть теми, кто и так в худшем положении, и в статистике занятых она не видна.
Контроль арендной платы. Здесь картина зеркальная: измеренного много, и оно неудобно обеим сторонам. Работа Даймонд, Маккуэйда и Цяня 2019 года использовала изменение закона в Сан-Франциско 1994 года, распространившее контроль на часть малоэтажных зданий. Измерено: контроль снизил мобильность арендаторов примерно на 20 % и уменьшил вытеснение людей из города, то есть достиг того, ради чего вводился. Измерено и другое: собственники затронутых зданий сократили предложение арендного жилья примерно на 15 %, продавая его под собственное проживание и перестраивая здания, что в долгую, по заключению авторов, подняло ставки.
Ценностная часть формулируется одной фразой: выигрывают нынешние жильцы, проигрывают будущие. Кто важнее, данные не говорят. Экспертное согласие вопроса не закрывает: панель экономистов почти единодушно отвергает утверждение о положительном влиянии контроля на количество и качество доступного жилья, но это согласие об измеряемом следствии, а не о выборе между двумя группами.
«Вы игнорируете факты» чаще всего адресуется человеку, который факты принимает, но иначе взвешивает ценности. «Это идеология» чаще всего адресуется человеку, который просто указал на измеренное. Оба обвинения экономят усилие: они позволяют не разбирать, где в споре проходит граница. Полезной заменой служит вопрос собеседнику: какое измерение изменило бы твою позицию. Ответ «никакое» не позорен, он просто означает, что спор дальше пойдёт о ценностях.
Спор, который выглядит ценностным
Обратное направление встречается реже, но ошибка здесь дороже: вопрос принимают за ценностный и потому не измеряют, хотя он измерим.
Кто на самом деле платит налог. Требование «пусть налог платит продавец, а не покупатель» звучит как требование справедливости. Но вопрос о том, кто несёт бремя, чисто эмпирический, и на него отвечают. Весной 2000 года Иллинойс и Индиана приостановили пятипроцентный налог с продаж на бензин, а затем восстановили его в сроки, заданные принятыми ранее законами. По ежедневным данным о ценах на заправках до покупателей дошло около 70 % отмены, а при восстановлении в цену перешло от 80 до 100 %. Формально налог всё время платил продавец. Ценностный спор о том, кто должен платить, осмыслен только после того, как выяснено, кто платит.
Что даёт программа. В 2008 году штат Орегон распределял места в программе медицинского страхования для малоимущих взрослых по лотерее: желающих было больше, чем мест, и жребий выбрали как способ, признанный справедливым. Из 89 824 подавших заявку выбрали 35 169, и получился настоящий рандомизированный эксперимент в социальной политике, вещь почти небывалая.
Результаты надо перечислить целиком, потому что работает именно полнота. За первый год выбранные по лотерее примерно на 25 процентных пунктов чаще имели страховку. Выросла обращаемость за помощью, снизились расходы из своего кармана и медицинские долги. За два года вероятность катастрофических расходов практически исчезла, а распространённость депрессии снизилась. Значимого улучшения физических показателей при этом не обнаружено ни по давлению, ни по холестерину, ни по гликированному гемоглобину, хотя диагностика диабета и приём лекарств от него выросли.
Теперь самое важное. Сторонник расширения программы и его противник читают этот результат одинаково верно и приходят к разным выводам. Первый указывает на исчезновение катастрофических расходов и снижение депрессии: страхование делает ровно то, что должно, и снимает разорительный риск. Второй указывает на отсутствие сдвига в трёх клинических показателях за два года и спрашивает, стоит ли это тех денег. Ни один не искажает данные. Разошлись они в том, какой из измеренных исходов важнее, а это уже не измерение. Граница видна с точностью до строки в таблице.
Как этим пользоваться
Практический итог короткий. Встретив экономический спор, разложите его на три стопки. Что утверждается о том, что есть, и чем это проверялось. Что утверждается о том, что должно быть, и какая посылка за этим стоит. И что подано как первое, а является вторым.
Третья стопка обычно самая полная, и наполняют её обе стороны поровну. «Экономическая наука доказала» почти всегда предваряет ценностное суждение. «Это просто политика» почти всегда означает нежелание смотреть на измерение.
И последнее, ради чего весь урок. Способность назвать границу не делает вас нейтральным и не обязана. Она делает вас понятным: собеседник видит, где с вами спорить данными, а где доводами о ценностях. Это разные разговоры, и вести их одновременно нельзя.
Ключевые работы
| John Neville Keynes, «The Scope and Method of Political Economy» | 1891 | Введено деление на позитивную науку (что есть), нормативную (каковы критерии того, что должно быть) и искусство (правила достижения цели). |
| Kenneth Arrow, «Social Choice and Individual Values» | 1951 | Теорема о невозможности: при трёх и более вариантах нет правила агрегирования индивидуальных предпочтений, удовлетворяющего четырём условиям сразу. |
| Arthur M. Okun, «Equality and Efficiency: The Big Tradeoff», Brookings Institution Press | 1975 | Образ дырявого ведра: при переносе средств от одних к другим часть теряется на администрировании и на изменении стимулов. Величина утечки измерима, а готовность её оплатить измерению не поддаётся. |
| Autor, Dorn, Hanson, «The China Syndrome», American Economic Review 103(6) | 2013 | Рост импорта с 1990 по 2007 год повышал безработицу и снижал заработки на местных рынках труда с конкурирующими отраслями. Около четверти одновременного сокращения занятости в обрабатывающей промышленности. |
| Diamond, McQuade, Qian, «The Effects of Rent Control Expansion on Tenants, Landlords, and Inequality», American Economic Review 109(9) | 2019 | Расширение контроля арендной платы в Сан-Франциско снизило мобильность арендаторов примерно на 20 % и сократило предложение арендного жилья примерно на 15 %. |
| Finkelstein и др., Quarterly Journal of Economics 127(3). Baicker и др., New England Journal of Medicine 368 | 2013 | Орегонская лотерея: рост обращаемости за помощью, исчезновение катастрофических расходов и снижение депрессии при отсутствии значимых изменений давления, холестерина и гликированного гемоглобина за два года. |
| Joseph J. Doyle Jr., Krislert Samphantharak, «$2.00 Gas! Studying the effects of a gas tax moratorium», Journal of Public Economics 92(3-4), 869-884 | 2008 | При приостановке налога на бензин до покупателей дошло около 70 % отмены, при восстановлении в цену перешло от 80 до 100 %: экономическое бремя измеримо и не совпадает с юридическим. |
Что подтвердилось, а что нет
Эффективность означает ровно одно: улучшить положение одного нельзя, не ухудшив положение другого. Распределение «девяносто девять и один» удовлетворяет этому условию точно так же, как «пятьдесят на пятьдесят». Критерий между ними не выбирает и выбрать не может. Он силён в другом: отбрасывает варианты, где что-то пропадает без пользы для кого бы то ни было. Ранжирование распределений требует внешнего правила, функции общественного благосостояния, а выбор такого правила есть ценностное решение, вынесенное на шаг раньше. Утверждение мифично в обе стороны: из неэффективности так же не следует несправедливость.
Эмпирическая часть спора действительно открыта, и разбор шестнадцатого урока показывает, почему расхождение результатов часто оказывается расхождением в определении измеряемой величины. Но за ней стоит вторая часть, которую данные не закрывают. В опросе экспертной панели 2013 года по утверждению о занятости голоса разделились почти поровну (34 % за, 32 % против, 24 % затруднились), а по утверждению о желательности такой политики согласие оказалось заметно шире. Одни и те же люди, один день: значит, вопросы разные. Соотнесение выигрыша сохранивших работу с потерей ненанятых есть ценностное решение, и оно останется, даже если эмпирика когда-нибудь сойдётся.
Измерено и то и другое, притом на одном материале. Расширение контроля в Сан-Франциско в 1994 году снизило мобильность арендаторов примерно на 20 % и уменьшило вытеснение из города, то есть сработало так, как задумано, для тех, кто уже жил в затронутых домах. Оно же сократило предложение арендного жилья примерно на 15 % за счёт продажи под собственное проживание и перестройки зданий, что в долгую поднимает ставки для тех, кто будет искать жильё позже. Убеждения тут ни при чём: выигравшие и проигравшие названы и посчитаны. Ценностный остаток формулируется точно, а именно чей интерес важнее, нынешних жильцов или будущих, и данными он не решается.
Термины
- улучшение по ПаретоPareto improvement
- Переход, при котором хотя бы одному становится лучше и никому не становится хуже. В политике встречается редко: у заметных решений почти всегда есть проигравшие.
- критерий Калдора и ХиксаKaldor and Hicks criterion
- Изменение считается улучшением, если выигравшие в принципе могли бы компенсировать проигравших и остаться в плюсе. Фактическая выплата компенсации критерием не требуется.
- функция общественного благосостоянияsocial welfare function
- Правило, приписывающее каждому распределению число и потому позволяющее сравнивать эффективные распределения между собой. Выбор самой функции остаётся ценностным решением.
- теорема Эрроу о невозможностиArrow's impossibility theorem
- При трёх и более вариантах не существует правила, превращающего индивидуальные упорядочения в общественное и удовлетворяющего одновременно неограниченной области определения, принципу Парето, независимости от посторонних альтернатив и отсутствию диктатора.
- дырявое ведроleaky bucket
- Образ Оукена: при переносе средств от одних к другим часть теряется на администрировании и на изменении стимулов. Величина потери измерима, а готовность её оплатить относится к ценностному выбору.
- распределительный эффектdistributional effect
- Кто именно выиграл и кто проиграл от изменения, а не только изменилась ли сумма. Измеряется отдельно от совокупного эффекта и часто расходится с ним по знаку для отдельных групп.
- ценностная посылкаvalue premise
- Утверждение о том, что важнее, из которого выводится оценка решения. Из данных не следует и данными не опровергается. Может быть продуманным или небрежным, последовательным или противоречивым.
- фальсифицирующее наблюдениеfalsifying observation
- Наблюдение, которое заставило бы отказаться от утверждения. Его наличие отличает позитивную часть спора от нормативной.
Практикум · Разбор спора по границе
Задание от 30 до 45 минут на живом материале. Возьмите настоящий текст: газетную колонку, пост, выступление или запись спора об экономической мере, будь то налог, пособие, тариф, запрет, льгота. Нужен текст, с автором которого вы в целом не согласны: на согласных граница видна хуже. Работа делается письменно, иначе третий шаг не получается.
- Выпишите из текста все утверждения подряд, по одному в строку, ничего не сокращая и не улучшая формулировки. Обычно получается от восьми до пятнадцати строк.
- Пометьте каждую строку одной из трёх меток: «о том, что есть», «о том, что должно быть», «непонятно». Метка «непонятно» ставится, когда в одном предложении сидят оба типа сразу. Такие строки разнесите на две.
- Для каждой строки первого типа допишите, каким наблюдением она проверяется и есть ли в тексте ссылка на такое измерение. Для строк, где ссылки нет, отметьте, можно ли её в принципе получить, или величина не измерялась никем.
- Для каждой строки второго типа сформулируйте стоящую за ней ценностную посылку одной фразой вида «важнее, чтобы…». Затем напишите противоположную посылку так, чтобы её сторонник согласился с формулировкой. Это самый трудный шаг и главный в задании.
- Ответьте письменно на два вопроса. Какое измерение изменило бы вашу собственную позицию по этому вопросу, и если такого измерения нет, признайте, что ваш спор с автором ценностный. И в чём вы с автором согласны фактически, разойдясь в оценке: эта строка почти всегда находится и почти никогда не произносится вслух.
Вопросы для самопроверки
Сто единиц делятся между двумя людьми. Вариант A: по пятьдесят. Вариант B: девяносто девять и одна. Вариант C: по сорок, двадцать единиц пропало. Что говорит критерий эффективности?
- Что A лучше B, потому что распределение ровнее
- Что C приемлемо, если обе стороны на него согласны: добровольное согласие сторон и есть признак эффективности по Парето
- Что C отбрасывается, поскольку есть переход, улучшающий положение обоих, а между A и B критерий не выбирает
- Что B лучше A: суммарное благо в обоих случаях одинаково, а значит, критерий эффективности предпочтёт более сосредоточенное распределение
Один участник спора говорит: «Повышение пособия сократит занятость». Второй: «Повышение пособия это вопрос человеческого достоинства». Что из этого следует для устройства спора?
- Первое утверждение проверяемо и требует ссылки на измерение, второе эмпирической заявки не делает, и требовать от него данных бессмысленно
- Оба утверждения нормативны, поскольку касаются политики
- Оба утверждения позитивны: последствия пособия измеримы, а человеческое достоинство проявляется в условиях жизни, которые тоже поддаются наблюдению
- Второе утверждение слабее первого, потому что не опирается на числа
Исследование измерило: расширение контроля арендной платы снизило мобильность арендаторов примерно на 20 % и сократило предложение арендного жилья примерно на 15 %. Какой вывод из этого корректен?
- Что контроль арендной платы вреден и вопрос закрыт
- Что контроль арендной платы полезен, поскольку защитил жильцов от вытеснения, а сокращение предложения окажется временным явлением, которое рынок со временем выправит
- Что результаты противоречивы и потому ненадёжны
- Что выигравшие и проигравшие названы и посчитаны, а выбор между интересами нынешних и будущих жильцов измерением не решается
Орегонская лотерея дала такой набор результатов: катастрофические расходы из собственного кармана практически исчезли, депрессия снизилась, а давление, холестерин и гликированный гемоглобин за два года значимо не изменились. Двое спорящих делают из этого противоположные выводы. Кто из них искажает данные?
- Тот, кто ссылается на исчезновение катастрофических расходов: это не медицинский показатель
- Никто: они расходятся в том, какой из измеренных исходов важнее, а это уже не вопрос измерения
- Тот, кто ссылается на отсутствие изменений в клинических показателях: двух лет мало
- Оба: корректный вывод из смешанного результата сделать нельзя
Депутат предлагает переложить налог с покупателя на продавца, «чтобы платили не люди». Какой первый вопрос стоит задать?
- Никакой: распределение налогового бремени задаётся законом, а закон и предлагают изменить. Кто в нём назван плательщиком, тот бремя и несёт
- Справедливость по отношению к продавцам остаётся ценностным вопросом и решается голосованием
- Не нарушает ли это принцип эффективности по Парето
- Доля налога, фактически переходящая в цену, измерима, и без ответа на этот вопрос нормативный спор преждевременен
Ответы и разбор открываются в самопроверке урока: она считает результат и отмечает урок пройденным. Пройти самопроверку.
Что читать
- MIT 14.01, лекция 22 «Efficiency and Equity», материалы на MIT OpenCourseWare: Каркасная лекция урока. Обратите внимание, как аккуратно формулируется место, где лектор перестаёт говорить от имени дисциплины.
- Arthur Okun, «Equality and Efficiency: The Big Tradeoff», Brookings, 1975: Сто с небольшим страниц, написанных экономистом с ясной позицией, который при этом нигде не выдаёт её за вывод из данных. Образец жанра.
- Rebecca Diamond, Tim McQuade, Franklin Qian, «The Effects of Rent Control Expansion on Tenants, Landlords, and Inequality», American Economic Review 109(9), 2019: Читать ради таблиц с распределительными эффектами: там видно, как выглядит честно посчитанный выигрыш одних и проигрыш других в одной работе.