Риторический вопрос: что это и убеждает ли он
Квинтилиан считает вопрос фигурой, когда спрашивают ради усиления, а в опыте Хукена и Андерисе вопрос перед текстом дал отношение 4,42 против 4,79 у утверждения, после текста 5,53 против 5,08
Риторический вопрос задают не ради сведений, а ради усиления, и ответ на него может дать сам говорящий. Формула «вопрос без ответа» искажает Квинтилиана, который ставит рядом вопрос Цицерона к Катилине и прямое утверждение. Убеждает ли такой вопрос, остаётся спором открытым: в опыте Хукена и Андерисе вопрос перед текстом дал отношение 4,42 против 4,79 у утверждения, после текста 5,53 против 5,08.
Silva Rhetoricae (справочник) · Квинтилиан, Inst. 9.2.6-16 о вопросе как фигуре · 25 мин · обновлено 10.11.2026
После урока вы сможете
- Объяснять, по какому признаку Квинтилиан в Inst. 9.2.7 относит вопрос к фигурам и почему слов «риторический вопрос» в этом месте нет
- Показывать по Inst. 9.2.14-15 и строкам Пушкина и Державина, почему пересказ «вопрос без ответа» меняет признак фигуры
- Называть в сверенных строках Гоголя, Пушкина и Лермонтова вопрос, адресата и издание строки
- Прослеживать, как от опыта Зиллмана 1972 года к работе Петти и соавторов 1981 года ослабло объяснение через простой признак
- Читать четыре средних Хукена и Андерисе и объяснять, почему общий вывод о силе вопроса остаётся спором
Конец первого тома «Мёртвых душ», глава XI. Рассказчик обращается к стране и требует: «Русь, куда ж несёшься ты? дай ответ. Не даёт ответа.» Текст Викитеки взят из библиотеки А. Комарова, издание там не названо. Вопрос задан, ответа потребовали, и тот же голос сообщает, что ответа нет. Школьная формула «вопрос, на который ответ не нужен» ложится на это место плохо, потому что ответа здесь как раз требуют.
Похожей вещью занимался римский учитель речи. Квинтилиан, «Воспитание оратора» (около 95 года), ставит рядом две фразы (Inst. 9.2.8, перевод курса). Одна взята из начала первой речи Цицерона против Катилины (Cat. 1.1, перевод В. О. Горенштейна): «Доколе же ты, Катилина, будешь злоупотреблять нашим терпением?» Другая построена как прямое утверждение: ты долго злоупотребляешь нашим терпением. По Квинтилиану, в вопросе гораздо больше огня. Сведения в обеих фразах при этом одни и те же. Латинское начало звучит так: Quo usque tandem abutere, Catilina, patientia nostra? Цицерон не останавливается на одном вопросе, следом идут ещё два, quam diu и quem ad finem.
Такой приём и называют риторическим вопросом. Его задают не ради сведений, а ради усиления, и ответ может дать сам говорящий. Определение короткое, но в пересказах теряются обе его части. Остаётся «вопрос без ответа» и обещание, что он всегда убеждает.
Почти через девятнадцать веков после Квинтилиана, по расчёту курса, психологи стали проверять такие вопросы в опытах. В одной и той же работе вопрос перед текстом шёл ниже утверждения, а после текста выше. Урок идёт от места у Квинтилиана к сверенным строкам русских авторов, а затем к опытам. Что такое риторический вопрос у того, кто его описал, и что показали опыты о его силе?
Риторический вопрос: что это такое у Квинтилиана
Исходное место такое: Inst. 9.2.6-16. Квинтилиан начинает с наблюдения, что обычнее вопроса нет ничего (9.2.6). Бывает вопрос ради сведений, и образец он берёт у Вергилия: кто вы и откуда. Но вопрос становится фигурой, когда его задают не ради сведений, а ради усиления (9.2.7). Рядом стоят примеры из Цицерона: вопрос о мече Туберона при Фарсале, вопрос к Катилине и вопрос, не видит ли тот, что его замыслы раскрыты. Перевод Никольского курс не открывал, все слова Квинтилиана здесь это перевод курса или пересказ.
Слов «риторический вопрос» в этом месте нет, Квинтилиан говорит о вопросе как о фигуре. Фигура для него отличается от тропа: троп переносит значение, а фигура меняет устройство речи (Inst. 9.1.4, подробнее в уроке 10). Слова при таком вопросе остаются в прямом значении, меняется то, что с ними делают. В кодификаторе ФИПИ к ЕГЭ 2026 года риторический вопрос стоит среди средств синтаксиса. Русские статьи, известные курсу по аннотациям, говорят о косвенном речевом акте, где форма одного действия служит другому: по форме вопрос, по функции утверждение или побуждение.
Дальше идёт список целей (9.2.8-11). Можно спросить о том, чего нельзя отрицать, или о том, на что трудно ответить. Вопрос может вызвать ненависть к спрашиваемому, как у Сенеки в «Медее», или жалость, как речь Синона у Вергилия. Им загоняют противника в угол, выражают негодование и удивление, отдают резкий приказ. Наконец, говорящий может спросить самого себя, как персонаж Теренция, который не знает, что ему делать. Фигура бывает и в ответе, когда отвечают на другой вопрос: спрашивают, убил ли ты, а в ответ слышат, что убитый был разбойником (9.2.12-13).
Для школьного определения важнее всего параграфы 9.2.14-15. Задать вопрос и самому на него ответить бывает приятно, и образец снова Цицерон, речь за Лигария. Можно спросить, не дожидаясь ответа, и тут же ответить самому. Единого определения «вопрос без ответа» у Квинтилиана нет. Есть признак, спрашивают не чтобы узнать, и длинный список, куда входят вопросы с ответом самого оратора. Сразу за этим списком он переходит к другому роду, πρόληψις, предупреждению возражения, то есть ответу на возражение раньше, чем его высказали.
Риторический вопрос: примеры с ответом и без
Простой случай стоит в той же главе XI «Мёртвых душ»: «И какой же русский не любит быстрой езды?». Пушкин начинает «Станционного смотрителя» тем же ходом: «Кто не проклинал станционных смотрителей, кто с ними не бранивался?» (РВБ, 1959). В обоих местах спрашивают о том, чего нельзя отрицать, как в первом пункте списка Квинтилиана. Ответа текст не даёт, потому что считает его известным.
У других вопросов адресат ответить не может. Пушкин, «Медный всадник», ч. II, ст. 423-424 (РВБ, 1959-1962): «Куда ты скачешь, гордый конь, И где опустишь ты копыта?». Лермонтов, «Парус», ст. 3-4 (ФЭБ, 1954, по автографу): «Что ищет он в стране далёкой? Что кинул он в краю родном?..». Первый вопрос обращён к коню, второй задан о парусе вдали, и в обоих спрашивающий не ждёт сведений. Квинтилиан таких строк не разбирал, поэтому отнести их к пункту его списка можно только толкованием.
Есть вопросы, на которые текст отвечает сразу. Пушкин, «Что в имени тебе моём?», ст. 9 (ФЭБ, 1977): «Что в нём? Забытое давно...». Державин, «Бог», ст. 88-89 (Сочинения, т. I, М., 1798): «Но будучи я столь чудесен, Отколь я происшёл?», и ответ следует одним словом, «Безвестен». Оба случая подходят под Inst. 9.2.14-15, где оратор сам отвечает на свой вопрос.
Конец главы XI у Гоголя стоит особняком. Вопрос обращён к адресату, ответа требуют прямым приказом, «дай ответ», а следующая фраза сообщает, что его нет. Это не вопрос, ответ на который и так известен, и не вопрос с ответом оратора. Рассказчик сам называет отсутствие ответа, и потому оно становится частью текста. На формулу об ответе такой случай не ложится, а признак Квинтилиана, цель вопроса, к нему применим.
Формула удобна для «Станционного смотрителя», но она теряет целый класс случаев. Пушкин и Державин отвечают на свой вопрос в той же строке или в следующем слове, а Квинтилиан описывает такой ход в Inst. 9.2.14-15. Признак фигуры у Квинтилиана другой: цель вопроса, а не наличие ответа.
Опыты: вопрос как признак сильного довода
Первые опыты курс знает из вторых рук. Хукен и Андерисе (1992, статья на нидерландском открыта полностью) подробно излагают своих предшественников, и по этому изложению идёт весь раздел. Чисел из пересказанных работ курс не ставит. Для самого раннего опыта важнее устройство.
Зиллман (1972) поставил учебную задачу: участники назначали наказание обвиняемому в убийстве. Сначала они получали о нём сведения, положительные, нейтральные или отрицательные. Затем шла заключительная речь защитника из десяти доводов. Довод звучал утверждением (Johnny was a peaceful boy) или с коротким вопросом в конце (wasn't he?), и такой вопрос называют хвостовым. При вопросах наказания были ниже. Зиллман объяснил это привычкой: люди связывают такие вопросы с сильными доводами, поэтому вопрос работает как внешний признак.
Зиллман и Кантор (1974) повторили опыт с другими вопросами, вроде What better motivation could he have had? При отрицательных сведениях наказание с вопросами оказалось выше, при положительных ниже. Знак поменялся вместе со сведениями, а простой признак силы так вести себя не должен. Сами авторы указали, что тип вопроса здесь был другим.
Петти, Качоппо и Хисакер (1981) добавили два условия. Устная речь доказывала, что студентам перед выпуском нужен большой экзамен. Доводы были сильные (лучшие шансы на рынке труда) или слабые (стимул учиться), а концовки звучали вопросами или утверждениями. Половине слушателей сказали, что экзамен введут в их университете в следующем году, другой половине, что через десять лет в далёком штате. Так задавалась вовлечённость, то есть то, насколько тема касается слушателя.
У мало заинтересованных вопросы усилили разницу: сильные доводы с вопросами приняли лучше, слабые хуже. Вопрос заставлял вслушиваться, то есть усиливал обдумывание, а этим словом называют то, сколько слушатель размышляет о доводах. У сильно заинтересованных вышло наоборот, вопросы ослабляли различие между сильными и слабыми доводами. Авторы толкуют это как отвлечение. Постоянного знака у вопроса здесь нет: при одних условиях он подчёркивает то, что и так есть в доводах, при других мешает их услышать. Бёрнкрант и Ховард (1984) дали те же тексты письменно, поставили вопросы перед доводами, и положительного действия у мало заинтересованных не нашлось. Объяснение через простой признак после этих работ сильно ослаблено.
Убеждает ли риторический вопрос: место и заметность
Ховард (1990) проверял, важно ли место. В рекламе витаминов на слух было два убедительных довода, а заголовок к доводу стоял утверждением или вопросом, до, после, или и до, и после. Курс знает работу по чужим изложениям. Вопрос до доводов отношения не улучшал, вопрос после доводов улучшал, и там же действовало качество доводов. Сравнивались две модели: вопрос заставляет искать ответ в тексте или вызывает суждение о прочитанном. Результаты поддержали вторую, и, по сводке, три дальнейших опыта её подтвердили.
Подробнее всего виден опыт Хукена и Андерисе. Участников было 180, 107 женщин и 73 мужчины, средний возраст 27 лет, 118 из них пассажиры поездов. Они читали текст о дополнительном приёме витаминов, а заголовок был утверждением или вопросом и стоял до текста либо после него. Отношение мерили по шкале от 1 до 7. При заголовке до текста утверждение дало 4,79, вопрос 4,42. При заголовке после текста утверждение дало 5,08, вопрос 5,53.
Вопрос перед текстом проиграл по отношению, зато выиграл по другой шкале: текст сочли более живым, 4,73 против 3,84 у утверждения (z = 2,77, p < 0,01). Понимание почти совпало, 0,88 у вопроса и 0,89 у утверждения. Авторы заключают, что только вопросы после доводов сделали текст убедительнее, а вопрос перед текстом делает его живее, но снижает чувствительность к доводам. Они же оговаривают, что участников заставляли дочитать. Обе работы о месте вопроса говорят о витаминах, поэтому вывод «вопрос после доводов сильнее» остаётся спором открытым.
Другая линия о том, замечают ли приём. Свейзи и Манч (1985, курс знает работу по аннотации) повторили и расширили опыт 1981 года: важны мысли не только о доводах, но и об источнике сообщения. Ахлувалия и Бёрнкрант (2004, тоже аннотация) предложили модель. Незаметный приём усиливает обдумывание доводов, а заметный уводит внимание к источнику, и два опыта модель поддержали.
Кройц, Эшли и Бартлетт (около 2002, постер открыт полностью, полного рецензирования не проходил) дали 212 студентам статью в защиту дипломной работы, около 975 слов, в 8 вариантах. Различий между дословным текстом, метафорами, идиомами и риторическими вопросами не нашлось, зато сильные доводы действовали сильнее слабых. Авторы отмечают, что вопросы стояли не там, где действие нашёл Ховард, а фигур в тексте было много. Сводный подсчёт по многим опытам, метаанализ Гейл, Прейсса и Аллена (1998), курс открыть не смог и его итога не называет. Другие приёмы подачи, от вырезанных данных до обрезанной оси, разобраны в курсе «Критическое мышление», урок 17.
Фраза «риторические вопросы повышают убедительность» проверяется по шагам. Исходная работа даёт число, например 5,53 против 5,08 после текста. Пересказ оставляет от этой таблицы одну строку и убирает 4,42 против 4,79. Устройство опыта такого вывода дать не могло: тема одна, витамины, и участники дочитывали текст по требованию. Повторения расходятся, постер различий не нашёл, а обзор курс открыть не смог. Поэтому статус общей фразы остаётся спором открытым.
Измеряли отношение к тексту о витаминах, реакцию студентов на речь об экзамене и наказание в учебной задаче. Отсюда не следует, что вопрос убедит конкретного человека и что мало заинтересованные люди легковернее. Заинтересованность здесь задавали условия опыта, одним сообщали о близком экзамене, другим о далёком, поэтому о свойствах людей эти результаты не говорят.
Что выдержало проверку
Есть в тексте описание вопроса как фигуры у Квинтилиана (Inst. 9.2.6-16): признак усиления, список целей, вопрос с ответом самого оратора. Есть в тексте и конец главы XI «Мёртвых душ», где вопрос остаётся без ответа по словам самого рассказчика. Цели Квинтилиан перечисляет открыто, как предмет обучения. А в опыте 1981 года вопрос у мало заинтересованных заставлял вслушиваться, так что слабые доводы от него только теряли.
Пересказы устроены проще текстов. «Вопрос, на который никто не отвечает» искажает Квинтилиана: против этой формулы стоят 9.2.14-15, Пушкин и Державин. Фраза «риторические вопросы повышают убедительность» как общее правило не подтверждается, потому что постоянного знака у вопроса нет. Объяснение через простой признак сильного довода сильно ослаблено работами Зиллмана и Кантор и Петти с соавторами.
Открытым остаётся главный вопрос заголовка. Всегда ли вопрос усиливает убеждение, спор открыт: после текста 5,53 против 5,08, перед текстом 4,42 против 4,79, а в постере Кройца с соавторами различий нет. Вопрос после доводов выиграл у Ховарда и у Хукена с Андерисе, но и этот вывод остаётся спором. Сильные доводы действовали и без вопроса, а итог сводного подсчёта курсу неизвестен. Кто это написал, где именно и как это дошло до нас?
Ключевые работы и источники
| Квинтилиан, «Воспитание оратора» | около 95 | Institutio oratoria, английский перевод Батлера (Loeb, 1920-1922, LacusCurtius), места отрывком, русский перевод Никольского не открыт, перевод курса: 9.2.6-16, вопрос как фигура |
| Зиллман | 1972 | Journal of Personality and Social Psychology 21(2), 159-165, вторично, по Хукену и Андерисе: хвостовые вопросы |
| Петти, Качоппо и Хисакер | 1981 | Journal of Personality and Social Psychology 40(3), 432-440, вторично: сила доводов и заинтересованность |
| Свейзи и Манч | 1985 | Journal of Consumer Research 11(4), 877-886, аннотация: мысли об источнике |
| Ховард | 1990 | Journal of Experimental Social Psychology 26, 217-239, вторично: вопрос до и после доводов |
| Хукен и Андерисе | 1992 | Tijdschrift voor Taalbeheersing 14, 257-269, нидерландский, полный текст: обзор и опыт, 180 участников |
| Ахлувалия и Бёрнкрант | 2004 | Journal of Consumer Research 31(1), 26-42, аннотация: заметность приёма |
| Кройц, Эшли и Бартлетт | около 2002 | Twisting Arms, постер, полный текст, без полного рецензирования: 212 студентов |
Что подтвердилось, а что нет
Inst. 9.2.7, перевод курса с английского перевода Батлера: простой вопрос задают ради сведений, а фигурой он становится, когда цель в усилении. В 9.2.8 вопрос Цицерона (Cat. 1.1) поставлен рядом с прямым утверждением. Слов «риторический вопрос» в этом месте нет, пересказ добавляет название, которого автор здесь не употребляет.
Inst. 9.2.14-15, перевод курса: задать вопрос и самому ответить бывает приятно. Пушкин, «Что в имени тебе моём?», ст. 9, отвечает на вопрос в той же строке, Державин, «Бог», ст. 88-89, одним словом. Пересказ меняет признак: у Квинтилиана важна цель вопроса, а не отсутствие ответа.
За: Ховард 1990 (вторично), вопрос после доводов улучшал отношение, Хукен и Андерисе 1992, 180 участников, после текста 5,53 против 5,08 у утверждения. Против: у тех же авторов до текста 4,42 против 4,79, Петти, Качоппо и Хисакер 1981 (вторично), у сильно заинтересованных вопросы ослабляли разницу доводов, Кройц, Эшли и Бартлетт около 2002, 212 студентов, различий нет. Итог метаанализа Гейл, Прейсса и Аллена 1998 курс не знает: книга не открыта.
Зиллман 1972: при хвостовых вопросах наказание в учебной задаче ниже, объяснение через привычку. Зиллман и Кантор 1974: при отрицательных сведениях наказание с вопросами выше, при положительных ниже. Петти, Качоппо и Хисакер 1981: вопрос усиливает или ослабляет разницу между сильными и слабыми доводами в зависимости от заинтересованности. Все три работы курс знает по изложению Хукена и Андерисе, поэтому чисел здесь нет.
Термины
- риторический вопросfigura, rhetorical question
- Вопрос, который задают не ради сведений, а ради усиления. Ответ может дать и сам говорящий.
- фигура речиσχῆμα, figura, figure of speech
- Необычное устройство фразы. Значение слов при этом может не меняться.
- косвенный речевой актindirect speech act
- Форма одного действия служит другому.
- хвостовой вопросtag question
- Короткий вопрос в конце утверждения.
- предупреждение возраженияπρόληψις, prolepsis
- Ответ на возражение раньше, чем его высказали.
- обдумываниеelaboration
- То, сколько слушатель размышляет о доводах.
- вовлечённостьinvolvement
- То, насколько тема касается слушателя.
Практикум · Разбор статьи «Риторические вопросы повышают убедительность»
Такие статьи обещают усиление одной фразой, без места у Квинтилиана и условий опыта. Задание в том, чтобы задать статье вопросы урока. Проверяется только то, что написано в статье, о себе ничего отвечать не нужно.
- Сверьте определение из статьи с Inst. 9.2.7 и 9.2.14-15.
- Выясните, стоял вопрос в названном опыте до доводов или после.
- Определите, какая ячейка таблицы Хукена и Андерисе не сходится с выводом статьи.
- Проверьте, менялись ли в опыте сила доводов и заинтересованность.
- Если назван обзор, узнайте, открыт ли его итог.
Вопросы для самопроверки
Когда у Квинтилиана (Inst. 9.2.7) вопрос становится фигурой?
- Когда его задают не ради сведений, а ради усиления
- Когда на него никто не отвечает и ответа в речи оратора нет
- Когда он стоит в самом начале речи и заменяет собой вступление
- Когда его задают только противнику и только в судебной речи
Почему определение «вопрос, на который никто не отвечает» расходится с Inst. 9.2.14-15?
- Там сказано, что на такой вопрос обязан ответить противник оратора
- Там описано, как оратор задаёт вопрос и сам на него отвечает
- Там вопрос без ответа назван ошибкой оратора
- Там речь идёт только о вопросах к самому себе, как у Теренция
Что поставило под сомнение объяснение Зиллмана, по которому вопрос служит внешним признаком сильного довода?
- В опыте 1974 года вопросы снижали наказание и при плохих сведениях, и при хороших
- В опыте 1974 года участники сами назвали вопросы главной причиной решения
- В опыте 1974 года вопросы не меняли наказания, разницы между версиями нет
- В опыте 1974 года знак менялся: при плохих сведениях наказание выше, при хороших ниже
Что показала таблица Хукена и Андерисе о месте вопроса?
- Вопрос оценили выше утверждения и перед текстом, и после текста
- После текста вопрос оценили выше утверждения, а перед текстом ниже
- Вопрос оценили ниже утверждения и перед текстом, и после текста
- Разницы между вопросом и утверждением не нашлось ни в одном месте
Что нашли Петти, Качоппо и Хисакер (1981) о заинтересованности слушателей?
- Вопросы повышали убедительность и сильных, и слабых доводов у обеих групп слушателей
- Вопрос заменял довод: при вопросах сила доводов на отношение уже не влияла
- При малой заинтересованности вопросы усиливали разницу доводов, при большой ослабляли
- Мало заинтересованные оказались легковернее и принимали с вопросами даже слабые доводы
Ответы и разбор открываются в самопроверке урока: она считает результат и отмечает урок пройденным. Пройти самопроверку.
Что читать
- Quintilian, Institutio Oratoria 9.2, LacusCurtius. https://penelope.uchicago.edu/Thayer/E/Roman/Texts/Quintilian/Institutio_Oratoria/9B*.html: 9.2.6-16: вопрос как фигура, список целей, вопрос с ответом самого оратора. Английский перевод Батлера.
- Hoeken, Anderiesse. Het effect van de positie van retorische vragen op de overtuigingskracht van een persuasieve tekst. Tijdschrift voor Taalbeheersing 14 (1992). https://dbnl.org/tekst/_tij009199201_01/_tij009199201_01_0025.php: Обзор предшественников и опыт с таблицей средних, на нидерландском. Открытый доступ.
- Гоголь, «Мёртвые души», т. I, гл. XI, Викитека. https://ru.wikisource.org/wiki/Мёртвые_души_(Гоголь)/Том_I/Глава_XI: Конец главы: вопрос и слова рассказчика об ответе.
- Kreuz, Ashley, Bartlett. Twisting Arms: Figurative Language Effects in Persuasive Discourse. https://www.rogerkreuz.com/web/KAB02.pdf: Постер: условия опыта и замечание авторов о месте вопросов.